РУССКОЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО
ПОСОЛЬСТВО КОРОЛЕВСТВА НОРВЕГИИ В РОССИИ
НОРВЕЖСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПАУЛСЕН»

ФРИТЬОФ НАНСЕН
УЧЕНЫЙ И ГУМАНИСТ
РУССКОЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО
ПОСОЛЬСТВО КОРОЛЕВСТВА НОРВЕГИИ В РОССИИ
НОРВЕЖСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПАУЛСЕН»
ФРИТЬОФ НАНСЕН
УЧЕНЫЙ И ГУМАНИСТ
ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ФРИТЬОФА НАНСЕНА
160
100
ЛЕТ ЕГО ГУМАНИТАРНОЙ МИССИИ В РОССИИ

Фритьоф Нансен был грандиозной фигурой, разносторонне одаренным человеком: он был велик в своих полярных путешествиях, в науке, был талантливым художником и прекрасным спортсменом. Он мог стать лауреатом Нобелевской премии в какой-нибудь области науки, но стал Нобелевским лауреатом премии мира, которая была ему вручена в 1922 г. Именно как миротворца, гуманиста и борца за права людей его отметило международное сообщество, и именно эта часть его работы на благо человечества оказалась менее всего известна широкой общественности, уступив место славе Нансена-путешественника.

Детство, юность, учеба
(1861–1880)
Фритьоф Нансен (второй справа в первом ряду) с родителями, братом и сводными братьями и сестрами, 1866 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Фритьоф Нансен родился 10 октября 1861 г. неподалеку от Христиании (с 1877 г. — Кристиания, с 1925 г. — Осло) в усадьбе Стуре-Фрёен (теперь — Нансен-Фрёен в черте города) в семье адвоката Балдура Нансена и баронессы Аделаиды Йоханны Теклы Исидоре Ведель-Ярлсберг. Оба родителя Нансена были женаты вторым браком — к моменту рождения их первого общего ребенка у них на двоих уже было шестеро детей: пятеро у Аделаиды и один ребенок у Балдура.
Род Нансенов известен с XVI в., когда родился Ханс Нансен — как и его далекий потомок, также страстный путешественник, трижды (в 1613, 1618 и 1619 гг.) побывавший в России и много ездивший по Арктике: работая в Исландской торговой компании, он часто бывал на Севере, где закупал меха, и даже провел одну зиму на Кольском полуострове. Добившись значительных коммерческих успехов, Ханс Нансен стал совладельцем компании, был назначен одним из четырех бургомистров Копенгагена, закончил карьеру членом Верховного суда, а на склоне лет издал труд Compendium cosmographicum («Краткое описание всего мира»). Прадед, дед и отец Фритьофа Нансена также занимали различные юридические должности в Дании и Норвегии.

Аделаида Йоханна Текла Исидора Нансен, 1862 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Если страсть к путешествиям Фритьоф Нансен получил «в наследство» от своего предка, то силу характера и способность управлять собственной судьбой — от матери, племянницы известного норвежского политика и дипломата, автора первой конституции Норвегии 1814 г. Мать была своенравной и властной женщиной, и выделялась в местном обществе тем, что умела ходить на лыжах, игнорируя условности: это занятие считалось для дамы занятием легкомысленным и даже фривольным. Кстати сказать, жена Нансена, Ева Хелена Сарс, тоже отличалась пристрастием к этому спорту — собственно, и встретилась она с будущим мужем на лыжной прогулке.
Считается, что на всю карьеру Нансена как путешественника повлияло то, что он родился примерно в то же время, когда в Норвегии появился вид спорта, ставший впоследствии национальным — бег на лыжах. Как только в Кристиании открылся первый лыжный клуб, 16-летний Нансен сразу же стал его членом, при этом он уже входил в Союз гимнастов Норвегии. А в 19 лет занял второе место в национальных конькобежных соревнованиях, проиграв лишь Акселю Паульсену, впоследствии ставшему чемпионом мира и по бегу на коньках, и в фигурном катании.
Фритьоф Нансен на лыжах, 1896 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Начались лыжные походы Нансена — в одиночку или с родным братом Александром, — часто совмещенные с охотой. Уже в этом возрасте Нансен культивирует строгую непритязательность и даже аскетичность в быту, которую впоследствии перенес и на своих собственных детей. Во время учебы в университете Бергена он нередко совершал одиночные лыжные переходы через горы по маршруту Восс — Христиания, что по тем временам считалось полным безрассудством.

«Когда я повзрослел, я нередко один проводил целые недели в лесу. Я никогда не брал с собой в поход ничего особенного. Мне было достаточно корочки хлеба, и я варил рыбу на горящих угольках. Я любил проводить время среди дикой природы, подобно Робинзону Крузо».

Фритьоф Нансен в студенческие годы, 1880 г.

Фото: Норвежская национальная библиотека

© Nasjonalbiblioteket

В 1880 г. Нансен сдал экзамены на аттестат зрелости с отличными оценками по естественным наукам и черчению. Выбирая место и направление дальнейшей учебы, он остановился на зоологии — по его мнению, эта профессия была наиболее связана с полюбившейся ему природой, нежели химия и физика и тем более юриспруденция или карьера военного, на которой настаивал его отец. С 1881 г. Нансен — студент университета Кристиании, занимается биологией тюленей.

С этого времени начинается и его экспедиционная деятельность: по рекомендации своего научного руководителя он отправляется в воды Гренландии на промысловой шхуне «Викинг» под командованием капитана Акселя Крефтинга.
Плавание на «Викинге» (1882)
Корабль для охоты на тюленей «Викинг» во льдах, 1882 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Команда «Викинга» занималась промыслом тюленей, и Нансен смог проявить свои охотничьи способности. За время плавания ему удалось собрать коллекцию шкур тюленей и белых медведей. Помимо охоты, он вел наблюдения за морскими течениями, ветром, движением льдов. Увидев ледяной купол Гренландии, загорелся желанием пересечь остров пешком и на лыжах — и это ему удалось шесть лет спустя.
По итогам плавания на «Викинге» Нансен написал книгу «Среди тюленей и белых медведей», изданную в 1924 г. и опубликованную на русском языке в 1928 г.

Капитан Аксель Крефтинг и Нансен рядом с застреленным белым медведем. Гренландское море, 1882. На заднем плане – судно «Викинг»

Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket

«Там, за плавучими льдами, когда солнце, совершая свой круговорот по небу, касалось их и зажигало пожаром воздух и облака за ними, их дикая красота проявлялась еще больше. Неудивительно, что не раз в течение дня с верхушки грот-мачты я направлял бинокль на запад, и весь этот неведомый мир притягивал и манил мою юную душу».
Продолжение учебы и научной работы (1882–1888)
После плавания на «Викинге» Нансен продолжает учиться в университете Кристиании, при этом, будучи студентом первого курса, получает приглашение на работу в отдел зоологии музея Бергена и приступает к своей первой работе. Встреча с немецким зоологом, состоявшаяся спустя шесть месяцев, подтолкнула Нансена к идее заняться структурой нервной системы морских простейших. Отец дарит ему мощный микроскоп системы Карла Цейсса, а сам Нансен записывается в школу рисования, чтобы воспроизводить все, что он увидит под микроскопом. Впоследствии приобретенные навыки рисования ему пригодились в экспедициях — его зарисовки морских пейзажей, бытовых сцен вошли во многие его книги.
Для более глубокого изучения нервных клеток под микроскопом необходимо было научиться их окрашивать, и Нансен отправляется в Италию, в Павию, на стажировку к доктору Гольджи, владевшему методом такого окрашивания, а затем — в Неаполь, в биологический исследовательский институт.
«Я никогда не получал так много знаний за такое короткое время».

В Италии он пробыл с февраля по август 1886 г., когда вынужден был вернуться в Норвегию для прохождения военной службы.

В Бергене он публикует результаты своих исследований — сначала на норвежском языке, потом на английском, что тоже говорит о его независимости и стремлению к оригинальности — в то время главным языком науки считался немецкий. Спустя год выходит на английском языке еще более объемный его труд «Построение и связь гистологических элементов центральной нервной системы», который затем в сокращенном виде Нансен опубликовал на норвежском в качестве своей докторской диссертации.
Гренландская экспедиция (1888–1889)
Члены экспедиции на лодках, направляющиеся на север вдоль восточного побережья, 1888 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Параллельно с написанием диссертации Нансен активно готовился к гренландскому походу: посетил в Стокгольме Эрика Норденшёльда, который в 1883 г. проник вглубь Гренландии на 117 км; заручился финансовой поддержкой экспедиции датским предпринимателем Августином Гамелем; собрал экспедиционную команду, тщательно продумал маршрут, снаряжение и научное оборудование.

«Пусть у меня лучше будет плохая докторская, чем плохое оснащение».

25 апреля 1888 г. Нансен успешно защитил докторскую диссертацию в университете Кристиании, а через четыре дня на датском пароходе «Тюра» отбыл с командой из пяти человек через Шотландию и Фарерские острова в Исландию, где пересел на промысловое судно «Ясон» и отправился к восточному побережью Гренландии.
Марш по ледяному покрову, 1888 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
В этой экспедиции впервые со всей отчетливостью проявился жизненный принцип Нансена: «Сжигать за собой корабли». Все предыдущие экспедиции в Гренландию начинались на западном побережье острова, что было вполне оправдано с точки зрения безопасности: если экспедиция потерпит неудачу, она всегда сможет вернуться на обжитой западный берег. Стартуя же с востока, экспедиция не оставляла себе права на ошибку: вернуться туда означало обречь себя на гибель, так как там нет населенных пунктов и связь с материком отсутствует.

«…Когда путешествие уже начнется, позади будут сожжены все корабли, и для сохранения своей жизни и возвращения домой необходимо будет дойти до населенных мест на западе во что бы то ни стало; иного выбора не будет, а это всегда сильный стимул в действиях человека».

Нансен блестяще справился с поставленной задачей: стартовав на восточном побережье, экспедиция спустя два месяца достигла Готхоба на западном берегу острова. Переход через ледниковый купол Гренландии занял 41 день, на лыжах было пройдено 472 км. В Готхобе экспедиция прожила полгода среди эскимосов в ожидании судна на родину.
Инуиты возле дома, 1888 г. Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Научные результаты экспедиции позволили оценить ледниковый покров Гренландии и получить уникальную информацию о температурном и ветровом режимах во внутренней части острова. Было опровергнуто предположение Норденшёльда о существовании в центре острова «оазисов» — свободных ото льда участков.

По итогам путешествия Нансен написал две книги: «На лыжах через Гренландию» и «Жизнь эскимосов».

Нансен после возвращения из гренландской экспедиции, 1889 г.

Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket

На родину Нансен вернулся национальным героем. Он был удостоен норвежского ордена св. Олафа, датского ордена Данеборг, медали «Вега» шведского общества антропологии и географии, медали «Виктория» Королевского географического общества Великобритании.

На пике интереса к географии и этнографии в 1890 г. в Норвегии было основано географическое общество.
Экспедиция на «Фраме» (1893–1896)
Полярный пейзаж с «Фрамом» во льдах, 1894 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
По возвращении из Гренландии Нансен получает место куратора зоологического кабинета университета в Кристиании, пишет книги и обширный отчет об экспедиции, совершает лекционное турне и — публично заявляет о своих планах достичь Северного полюса.

В 1889 г. состоялась помолвка Фритьофа Нансена с Евой Хеленой Сарс, с которой он познакомился на лыжной прогулке еще до гренландской экспедиции. Ева была дочерью известного норвежского зоолога Микаэля Сарса (его именем было названо исследовательское судно, на котором Нансен впоследствии совершил несколько экспедиций вокруг Исландии и в водах Северного Ледовитого океана), известной в Норвегии исполнительницей романсов.
«Только мне надо будет сходить на Северный полюс!» — таково было условие помолвки со стороны Нансена.
Фритьоф и Ева Нансен на лыжах, 1890 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Нансен активно готовится к экспедиции, понимая, что она может продлиться не один год — в планах исследователя было вморозить свое судно в лед и дрейфовать вместе с ним, влекомым морскими течениями, к Северному полюсу. При этом судно должно быть достаточно крепким, чтобы не быть раздавленным льдами. Нансен составляет проект судна, отправляет его судостроителю Колину Арчеру, одновременно работает над книгой о Гренландии, строит дом близ Люсакера (нынешний пригород Осло) для своей семьи, запрашивает у норвежского парламента 200 тыс. крон на экспедицию, обсуждает с Отто Свердрупом, участником гренландской экспедиции, модель судна и план экспедиции. 26 октября 1892 г. со стапелей сошло судно, ставшее впоследствии знаменитым. Крестной матерью его была Ева Нансен, которая через два с половиной месяца родила девочку — первого ребенка четы Нансенов. Нансен называет судно «Фрам» — «вперед», а родившуюся дочку мужским именем Лив. Дочь стала первой девочкой в Норвегии с мужским именем.
«Той, которая дала имя кораблю и имела мужество ждать», — такими словами Фритьоф Нансен впоследствии посвятил жене свои мемуары.
В Европе скептически отнеслись к планам Нансена, а правительство Российской империи решило оказать экспедиции содействие. Нансена снабдили «рекомендательным листом», оповестили власти Архангельской и всех сибирских губерний об экспедиции и распорядились оказывать ей всевозможную помощь. По просьбе Императорского русского географического общества Главное гидрографическое управление прислало Нансену копии всех имеющихся в России карт полярных морей. Русский арктический исследователь Эдуард Толль в 1892 году совершил поездку на Новосибирские острова, где заложил для Нансена три эвакуационных базы. Правда, Нансен ими так и не воспользовался из-за того, что немного изменил маршрут.

15 июля 1893 г. «Фрам» отчалил от города Вардё и на три года покинул норвежские воды. Впереди был долгий путь, дрейф в Северном Ледовитом океане, попытки Нансена с Ялмаром Йохансеном достичь Северного полюса на собачьих упряжках (до него оставалось около 400 км, когда Нансен был вынужден повернуть назад), длинная и трудная зимовка Нансена с Йохансеном на Земле Франца-Иосифа, встреча с английской экспедицией Фредерика Джексона, возвращение 13 августа 1896 г. домой на судне «Виндворд», снабжавшего продовольствием экспедицию англичанина, и буквально через неделю — прибытие в Норвегию «Фрама» и воссоединение с командой в Тромсё.

«Твой мальчик наконец вернулся. Все в порядке. Экспедиция была удачной, как и предполагалось. Можешь ли ты меня встретить?»
Фритьоф Нансен и норвежская экспедиция на Северный полюс на борту «Фрама» после возвращения в Кристианию, 1896 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Возвращение экспедиции на родину было триумфальным. На всем пути вдоль побережья Норвегии, в Тромсё, Тронхейме, Бергене и, наконец, в Кристиании «Фрама» встречали толпы восторженных норвежцев. Нансен доказал, что область вокруг Северного полюса представляет собой океанический бассейн, а не сушу, как предполагалось ранее, что в дрейфе льдов в полярной области существенную роль играет сила Кариолиса, выявил закономерности в изменениях скорости и направления дрейфа льда. Разработанный им аппарат для приготовления пищи и одновременно для растопки льда, а также бамбуковые нарты с металлическими полозьями находят применение до настоящего времени. Итог экспедиции, помимо научного шеститомного отчета, — книга Нансена «„Фрам“ в полярном море», которая буквально за два года была переведена на английский, немецкий, шведский и русский языки.

2 октября 1896 г. Нансена избрали почетным членом Императорского русского географического общества, а в 1897 г. российское правительство по ходатайству Общества наградило его орденом св. Станислава 1-й степени. Еще через год, в 1898 г., «за совершенный беспримерный подвиг, составляющий эпоху в исследовании Северного Ледовитого океана», Фритьоф Нансен был награжден высшей наградой ИРГО — Константиновской медалью. А 18 апреля 1898 г. Петербургская академия наук избрала Нансена своим почетным членом.
Дипломатическая работа (1905–1908)
В конце XIX в. стала нарастать дипломатическая напряженность между Норвегией и Швецией — они состояли в унии, но Норвегия хотела бóльшей независимости, отношения между странами накалялись. Нансен включился в борьбу, опубликовав в 1905 г. пять статей в защиту суверенитета Норвегии. Еще в 1898 г. в рамках своего европейского турне с лекциями об экспедиции на «Фраме» Нансен вместе с женой впервые посетил Россию, был принят Николаем II и по просьбе премьер-министра Норвегии вел переговоры с российским министром финансов Сергеем Витте о пересмотре российско-шведско-норвежских торговых соглашений в пользу Норвегии. Россия предпочла иметь дело с министерством иностранных дел Швеции, но, несмотря на неудачу, стало очевидным, что дальнейший удел Нансена — политика. Его авторитет на родине был столь велик, что соотечественники видели его не иначе как премьер-министром — когда Норвегия получит независимость.
Во время этого же визита, 15 апреля 1898 г. Императорское Русское географическое общество организовало чествование полярного исследователя в Дворянском собрании Санкт-Петербурга и вручило ему высшую награду ИРГО — Константиновскую медаль.

Фритьоф Нансен, 1898 г.

Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket

Фритьоф Нансен за рабочим столом, 1904 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Учитывая широкую международную известность Нансена, норвежское правительство отправляет его послом в Берлин и Лондон — отстаивать независимость Норвегии. В Германии его проигнорировали, а в Лондоне Нансен был принят министром иностранных дел. И вполне логично поэтому, что после получения Норвегией независимости и установления монархии в 1905 г. он стал послом своей страны в Великобритании.
«…Я хотел бы поблагодарить Ваше Величество за то, что Вы к нам приехали, и пожелать Вам, Королеве и Кронпринцу счастливого Нового года, в котором благодарная преданность народа сделает Вашу работу легкой, а королевский дом уютным» (из телеграммы Нансена Его Величеству королю Хокону).

Находясь на дипломатической службе, Нансен имел возможность общаться с британскими учеными и работать в Королевском географическом обществе, где выступил с докладом, в котором заявил о своих планах организовать экспедицию на Южный полюс. По ряду причин планам не суждено было сбыться, но этим намерением Нансен еще раз подчеркнул свое стремление идти только вперед.

В 1907 г. умирает Ева, а Нансен в 1908 г. завершает свою дипломатическую карьеру и возвращается в науку — как показали дальнейшие события, на ближайшие 10 лет.
Научная работа и последние экспедиции
 (1908–1918)
Фритьоф Нансен считывает температуру воды в водосборнике, 1894 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Уйдя с дипломатической службы, Нансен становится профессором океанографии в университете Кристиании (эта должность была учреждена специально для него) и включается в научную работу. После возвращения из экспедиции на «Фраме» он стал уделять большое внимание работам по созданию новых методов океанографических исследований. В 1902 г. он основал Центральную океанографическую лабораторию в Кристиании, которой сам же и заведовал. Выступил инициатором создания Международного совета по изучению морей, сконструировал ряд океанографических приборов, самый известный из которых — батометр, носящий его имя, долгие годы применялся при полевых исследованиях.

Центральная океанографическая лаборатория и Международный совет по изучению морей плодотворно работали; именно благодаря им возникла современная океанография, и первое десятилетие прошлого столетия по праву называют ее «золотым веком». Ведущей страной в области морских научных исследований была в то время Норвегия, и возглавлял эти исследования Нансен. В 1909 г. он в соавторстве с известным норвежским океанографом Бьерном Хелланд-Хансеном написал фундаментальный труд «Норвежское море. Физическая океанография».
Яхта «Веслеме» и норвежское рыболовное судно «Сестреме», 1912 г.
Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
В 1908—1911 гг. Нансен совершил несколько плаваний на собственной парусно-моторной яхте «Веслеме» (Веслеме, Дева с гор — героиня концертного цикла песен, которые исполняла Ева Нансен) и на судне «Микаэль Сарс». В 1912 г. предпринял последнюю свою научную морскую экспедицию, обойдя на «Веслеме» архипелаг Шпицберген. Ледовые условия в этот сезон были крайне неблагоприятны, и ученому не удалось проникнуть так далеко к северу и северо-западу от архипелага, как им было задумано. Однако экспедиция завершилась полным успехом, на нескольких десятках станций сделаны замеры температуры и солености воды на разных глубинах, скорости морских течений.

«Я еще не покончил с первой серией наблюдений, как прямо на судно понесло тяжелые льдины, и лед вокруг нас сплотился. Пришлось пустить в ход мотор, идти дальше искать более надежной стоянки. Едва мы успели проскользнуть между нашей толстой льдиной и соседней, еще более мощной, как они с треском столкнулись у нас за кормой. Я был рад, что „Веслеме“ избежала их тисков».
Фритьоф Нансен с биноклем в смотровой бочке на яхте «Веслеме» (фото и рисунок пером и карандашом), 1912 г. Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Нансен обобщил результаты экспедиции в книге «Шпицберген», опубликованной в 1920 г. на норвежском языке. Это дневник путешественника и ученого: главы, посвященные плаванию, чередуются с сугубо научными разделами.
«Кроме описания самого плавания — по записям в дневнике — в книге даны, в особых главах, обзоры важнейших результатов экспедиции. Кто не интересуется такими научными темами, может пропустить эти главы, руководствуясь их названиями».
Путешествие в Россию (1913)
В 1913 г. состоялось первое серьезное знакомство Нансена с Россией. По приглашению основателя «Сибирской компании», предпринимателя Йонаса Лида, развивающего торговые отношения с Россией, он садится в Тромсё на пароход «Коррект» и отправляется вдоль арктического побережья (почти тем же самым путем, что и 20 лет назад на «Фраме») к устью Енисея.
В Дудинке он пересаживается на пароход «Омуль» и плывет вверх по течению, до Енисейска, откуда на лошадях, по разбитым дорогам, преодолевает путь в 400 км до Красноярска, где его ожидала торжественная встреча.

«Повозка буквально врезалась в тесную толпу, которая обступила нас под громогласные выкрики „ура“. Нас приветствовали городской голова, президент географического общества и представитель губернатора… Произносились речи, люди кричали „ура“ и ликовали, а дождь все шел и шел, а костры и факелы продолжали гореть. Одним словом, все выглядело фантастично. Люди ждали нас под дождем, начиная с трех часов пополудни».
Трибуна на футбольном поле в Красноярске. Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
Фритьоф Нансен (в светлой шляпе) на трибуне с секретарем российской миссии в Норвегии Иосифом Лорис-Меликовым. Фото: Норвежская национальная библиотека © Nasjonalbiblioteket
В Красноярске Нансен выступил с докладом — но на этот раз не о своем путешествии на «Фраме», что он делал обычно в своих лекционных турне, а о проекте Йонаса Лида и о возможном расширении торговых отношений России и Западной Европы путем перевозки товаров по Енисею, а затем морским путем вдоль северного российского побережья в Европу.

На следующий день в персональном салоне-вагоне поезда вместе с одним из главных инженеров сибирской железной дороги Вурцелем Нансен отправился через Маньчжурию до Владивостока, обсуждая по дороге транспортные вопросы и проекты расширения торговых связей. В ноябре Нансен на поезде и машине прибыл в Петербург.
Фритьоф Нансен на заседании Императорского Русского Географического Общества, 1913 г.
Фото: Карл Булла. © Центральный государственный архив кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга
По итогам поездки Нансен в 1914 г. пишет книгу «Через Сибирь», которая в 1915 г. выходит в русском переводе под названием «В страну будущего».

«Как грустно расставаться с этими большими, навевающими меланхолию лесами, с этой девственной природой с ее простыми и крупными линиями, без всяких мелочей. Мы ее полюбили, эту необъятную страну, огромную как само море, с бесконечными равнинами и горами, с замерзшим побережьем Северного Ледовитого океана, с необозримой и пустынной тундрой, таинственной тайгой от Урала до Тихого океана, с волнующейся степью, поросшей травой, с одетыми в голубые леса горами и с маленькими городками между всем этим разнообразием».
.......................................
.......................................
........................................